Gold Centure of Neverland или Питер Пэн: Начало истории.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Gold Centure of Neverland или Питер Пэн: Начало истории. » Питер Пэн и Венди » Глава первая. Питер Пэн нарушает спокойствие.


Глава первая. Питер Пэн нарушает спокойствие.

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Место действия: Лондон
Время действия: октябрь 1884 года, вечер-ночь
Погода: ясное небо, незаметно покрывающееся тучами; днем было еще тепло, а к ночи подул ветер, так что окно в детской пришлось прикрыть, оставив маленькую щелочку для свежего воздуха.
Участники: Питер Пэн, Динь, миссис Дарлинг
Краткое описание: Прошло 20 лет после их последней встречи, и Питер никак не ожидал, что собственная тень подложит ему такую свинью.
Дополнительно: (возможны корректировки, незначительные отступления от оригинала)

0

2

Знаешь что, я, наверное, брошу эту затею. Что я тут забыл? Мальчишек у меня предостаточно. Девчонки мне не нужны. Знаешь, почему я такой сильный, как в это верит девчонка твоя? Потому что я обманул их. Я приказал себе забыть тебя и забыл. Ведь это так скучно - бессмертие! Станешь бессмертным - и тут же умрешь. А пока ты смертен - ты жив. Ты ничего не понимаешь, правда? Хы-ы! Таков мой план. Правда же, он гениален? О да, он безупречен! И никто лучше меня не может справиться с этой задачей. И не старею я не потому что зелье это фейское сработало, а потому что я сам так решил. Без всяких чудес. Поэтому я сильнее вас всех. И сильнее их, моих врагов. И даже моих друзей. В этом моя сила. В том, что необъяснимо. Помнишь, ты говорила? Ты так верила в меня тогда. Что я научился врать. Я поверил тебе, поверил, что сам все умею. И это оказалось правдой. Правда, в этом же и моя слабость. Но об этом я тебе ничего не скажу. Ты уже не понимаешь.
Я услышал твой голос... Я тогда забрал близнецов и решил напоследок поглумиться над домашними детишками и их родителями, пока Динь доставляет мальчишек на остров...
Он не изменился. В нем появилось чуть больше тины. Это, наверное, оттого, что ты хотела тогда быть русалкой, помнишь же, да? Теперь ты похожа на русалку... Но он остался прежним. Его ни с каким не спутаешь. Это хорошо, что я «выпил зелье», а то я бы упал слету.
Нет, за двадцать лет я стал сильнее, меня не победить всякими там голосами и запахами. Мы с дюжиной мальчишек и несколькими индейцами заставляли в страхе капитулировать две, а то и три дюжины пиратов. Я даже ни разу не посмотрел в сторону Оксфорда - вот какой я сильный. А ты хитрюга, знаешь ты это? Ты сама нашла меня здесь. Я не искал тебя, ты же понимаешь это, правда? Да, я сильный, поэтому больше не прилечу сюда. Хоть ты и рассказываешь им волшебные сказки. И хоть твоя девчонка знает мое имя. И она теперь так похожа на тебя ту. Мне это все равно. Ты больше не рассказываешь ей про меня. Интересно, когда-нибудь рассказывала? Кому-нибудь...
Надеюсь, что нет. Но если твоя Венди сама знает про меня, без тебя, то... То она дельная девчонка, ей можно доверить и шпагу. Впрочем, ни ты, ни твои дети меня больше не интересуют. Мои мальчишки обойдутся и тем, что есть. Мальчиком-с-пальчик и Джеком. А Золушка - это девчонка. Нечего им про нее думать. У нас девчонок и так больше, чем нужно.
Интересно, Динь узнала бы тебя, если б увидела? Я узнал тебя по голосу и много секунд после того, как отважился, думал, что та девчонка - ты. Только никак не мог понять, почему голос есть, а губы не шевелятся. И еще не мог поверить, что ты так изменилась.
И тогда улететь тоже долго не мог. Знаешь, я теперь умею играть на свирели! Да-да, твоя Венди тебе, я вижу, рассказывала...
Вранье! Я не сидел на ее кровати. Да, я проверял, похожа ли она на тебя. Но сидел я на полу, и поближе к звездам, чтобы улететь в любую секунду. Но они у тебя - хорошо воспитанные дети, не просыпаются, когда не нужно.
А вчера... Или когда это было... Для меня вчера... А вчера я прилетал проститься, поэтому наследил. Этот неясень всегда живой, помнишь?
Динь. Это она виновата, что я вернулся. Я просто долго вчера не уходил... Она даже полетела за мной назад, боялась, что наступит утро.
Интересно, она узнала тебя?..

Он уже долго так стоял. Секунду, вторую, третью. Ведь глаза у Алисы не изменились. И смотрела она так же, как он и предполагал все эти годы. Вот так бы и умереть.
Это не тень, это вся его душа пролилась на пол черной густой жижей.
Да, ты узнала меня...

+1

3

Мама, сидящая в детской возле своих мирно сопящих детей,  должна думать об очень важных вещах. О том, какую кашу сварить к завтраку. О том, какая завтра будет погода и что дети наденут на прогулку в парк. О том, что пора бы Майклу сшить новую рубашку. Вот об этом последнем миссис Дарлинг и думала, сидя у камина и тихо воюя с кусочками ткани, которым предстояло стать рукавами. Но её мысли всё время уходили в сторону от шитья. Потому что совсем недавно она услышала от дочери имя, которое почти забыла сама. То есть заставила себя поверить, что забыла.
Когда вырастаешь, то вырастаешь насовсем. И свои детские фантазии оставляешь там, далеко-далеко за спиной. И если вспоминаешь о них – то очень редко и с доброй улыбкой, как о старых друзьях, которые уехали так далеко, что увидеть их больше не удастся. Миссис Дарлинг научилась быть взрослой, у неё всё очень хорошо получалось. Но это имя было не из тех, которые забываются. Откуда Венди могла знать его? Как ни старалась, найти объяснения миссис Дарлинг не могла. Потому что никогда и никому не рассказывала о нём. Сказки… Теперь они были только сказками, пусть интересными, с разными приключениями, героями, великанами, драконами и феями, но они не оживали. Они были кем-то написаны, и она просто повторяла вслух то, что прочитала в книге, своим детям. Время её собственных сказок прошло.
Поэтому её так напугало вчерашнее происшествие. Листья в детской на полу возле окна. Ни одно дерево, ни один куст в Англии не могли вырастить таких листьев. А самым пугающим было то, что они появились там как бы сами по себе, и объяснить логически их появление никак не получалось. А Венди легко разрешила эту загадку, даже не задумываясь. И второй раз назвала имя, которое не должна была никогда узнать.
Столько лет было тихо и спокойно! Можно было удачно притворяться, что, в самом деле, когда-то её фантазия слишком разыгралась, и в какой-то момент реальность и выдумка перемешались… но только в её голове. А потом она стала серьёзнее, взялась за ум и зажила как все. Вышла замуж, родила троих чудесных детишек, и теперь осталось лишь заботиться о них до конца жизни.
И вот эти листья. Это имя. Эти вспугнутые со дна души воспоминания, которые раньше не смели даже шевелиться….
Миссис Дарлинг устала. Она давно уже отвыкла  так много думать о непонятном. Склонив голову к плечу, она закрыла глаза и задремала. И почти сразу увидела сон. Занавеска на окне зашевелилась, гораздо сильнее, чем от ветра, и в комнату вошёл… конечно, это был сон, потому что этого не могло быть.
Питер Пэн.
А следом за ним – светящаяся точка, чуть больше светлячка.
Мальчик посмотрел на неё, и ей стало страшно. Потому что она вдруг поняла, что никакой это не сон. А ещё страшнее было то, что он не изменился. Он не вырос.

+1

4

Что это, интересно, за сказочница такая, к которой Питер летает каждый вечер, а в последний раз задержался так, что чуть не проворонил утро? Нет, сказки она рассказывает хорошие, и слушать их, особенно в пересказе Питера, одно удовольствие. Но Динь лучше сама на неё посмотрит. Мало ли что. Слишком уж она привлекла к себе внимание Питера.
Динь летела рядом с Питером и даже не звенела, чтобы он не передумал и не отправил её обратно на Остров. Просто удивительно, что он  сегодня согласился взять её с собой туда, где какая-то тётенька рассказывает своим детям всякие интересные истории. Обычно Питер летал туда один. Что, между прочим, было очень обидно. И даже когда Питер сказал, что Динь сияет слишком ярко и её поэтому легко заметить, фея не смягчилась. Только притворилась, что такое объяснение ей понравилось. Всё равно Питер сделает по-своему, зачем ссориться? А она может тихонько сделать потом по-своему, Питер и знать не узнает. Но он взял её с собой.
Вот он, тот самый дом. Совсем не примечательный, между прочим, обычный, таких сколько угодно в этом сыром городе. Окно на третьем этаже было открыто. Питер направился прямо к нему, Динь немножко отстала, всего лишь на несколько маленьких секунд. Он вошёл в дом через это окно – значит, там все уже уснули.
Вчера, перед самым рассветом, она побывала  здесь. Но так торопилась, что толком ничего не успела разглядеть. А вот сегодня она решила осмотреться в этой комнате как следует. Но полумрак очень мешал. Три кровати, там спит кто-то. Ночники горят слабо, не разглядеть, кто именно. Если мальчишки – то хорошо. Нужно будет как-нибудь выяснить, не желают ли они потеряться…  А если девчонки, то им лучше не высовываться из-под своих одеял, иначе Динь живо уложит их обратно!
А у дальней стены в камине догорал огонь. И в кресле у этого камина сидела взрослая женщина, очень скучная на вид. Динь сразу успокоилась. Такая взрослая и неинтересная тётенька может сколько угодно рассказывать свои сказки. Питер ни за что не предложит ей полететь с ними на Остров. И вдруг Динь поняла, что женщина видела их. Она не спала, а во все глаза уставилась на Питера. Нельзя, нельзя! Ни один взрослый не должен их видеть!
Динь никогда не задумывалась, почему их с Питером нельзя видеть людям. Просто всегда знала это. И сейчас думала только о том, как бы поскорее отсюда улететь. Ну их, эти сказки с их продолжениями, пусть тут и останутся, на Острове есть и поинтереснее занятия, чем какие-то глупые россказни про неуклюжих девчонок, которые даже туфлю на ноге удержать не могут…
- Питер, летим скорее отсюда, она видит тебя! – подлетев, пискнула фея в самое ухо мальчика.

+1

5

Отлично. Испугалась, да? И правильно сделала! Старая, дохлая русалка! Ненавижу тебя! – и мальчик зашипел на миссис, сжав до скрипа свои уникальные молочные зубы. Тут же в комнате послышалось изменение. Динь кричала что-то в ухо, и слезы перестали наливаться в глаза. Динь звала улетать. Это изменение в комнате касалось двери и того, кто за ней. Это действительно было прегадко, если ее Тот-Кто-Важнее явится глазеть на него, слишком мелкого и ничтожного для их серьезных планов на медленное умирание и слишком чуждого этой чудесной мирной семье с любимыми детьми.
Впрочем, ни страха, ни злобы в глазах мальчишки не осталось и следа, как только он понял, что в комнате они не одни. В его облике в одно это маленькое мгновение дерзко выявилась надменность и презрение, он сорвался с места и уже в воздухе, и не сразу, перевел глаза на вошедшего. Это оказалась всего лишь собака. Ну да, очень большая собака. И – главное – их. И вот, наконец, женщина, которую когда-то звали Алиса, вскрикнула. Или что-то близкое к этому. Питер, узнав ее голос, сразу вспомнил, зачем он здесь. Собака начала рычать. Дети спали. Значит, она сказку уже дорассказала, значит, делать здесь больше нечего.
- Летим, Динь!
Теперь она – мама. По всему видно, что лучшая и красивейшая в мире мама. Пусть. Мне такая во всю жизнь и на минуту не нужна. Чтоб указывала еще мне, что можно, а что нельзя. Подумать только – именно она когда-то уверила меня, что летать легче всего!.. А сейчас, столкни ее с окна…  Больнее всего, что чужая. Что вряд ли вспомнила, не появись я так резко. Все это не проникало в голову раньше, когда он самоуверенно испытывал себя, пока вдруг не решил, что это тоже приключение и не заподозрил грешным делом, а не боится ли он.
Питер совершенно не заметил, что летит быстрее ветра, что Динь рядом нет, что Лондона давно уже не видно внизу.
Что у него нет тени, он почувствовал уже дома, когда боль слишком долго не выходила на воздух... Прямо как тогда... Сначала, правда, он понял, что Динь сильно отстала. Когда Питер, даже прислушавшись, не уловил ее тончайший звон, он в ужасе развернулся и полетел назад с той же скоростью.
- Ничего себе, ты корова! – со злым смехом прокричал он, от всей души радуясь, что нашел ее, увидев приближающийся золотой шарик света: убедился, что никто из «этих» ее не схватил. – Ты что там, болтала с лондонскими жуками?

+1

6

Она же ничего не делала, только смотрела… ну за что он так разозлился? Столько ненависти… и всё на неё.
«Почему же ты не вырос, Питер?  И почему я теперь так боюсь тебя?»
Она помнила, что он умеет летать. Но когда увидела, как Питер взлетел, не удержалась, вскрикнула. И тут же зажала себе рот, чтобы не разбудить и не напугать детей.
А в детскую уже вбежала Нэна,  словно догадавшись, что здесь происходит что-то странное. Она тихо, угрожающе зарычала.
Но Питер улетел не из-за Нэны. Она же знала, он ничего и никого никогда не боялся. Перед тем, как отвернуться и вылететь в окно, Питер посмотрел на неё с каким-то отвращением, и оно было даже больнее ненависти.
Нэна тоже увидела этот взляд. Прыжок – и она уже оказалась возле окна, каким-то образом ухитрившись его захлопнуть. Видимо, она собиралась расправиться по-своему с нарушителем спокойствия в детской. Но она опоздала.
Комната опустела. Миссис Дарлинг, немного придя в себя, бросилась к окну. Далеко-далеко в небе сверкнула какая-то звёздочка и сразу же исчезла.
«Как же хочется полететь прямо сейчас…» - неожиданно подумала она, всё никак не решаясь открыть створку.
Понадобилось довольно много времени, чтобы миссис Дарлинг успокоилась снова. В реальности нет места чудесам. Она уснула. Просто уснула и видела сон. Во сне, наверное, кричала – и поэтому прибежала Нэна. Окно захлопнул сквозняк. Да. Вот так будет правильно, и появление Питера легко можно будет приписать её расшалившейся не ко времени фантазии.
«И что это я выдумала – летать? Никто, кроме птиц, не умеет летать. И не должен. И я не хочу. Я – взрослая женщина, у меня трое детей, я не должна думать о ерунде…»
Мир постепенно становился уютно-правильным. Сейчас она пойдёт спать, а утром всё уже забудется и будет тем, чем и должно быть – просто сном. Пусть немного более ярким, чем обычные сны. Миссис Дарлинг облегчённо перевела дыхание, и тут её взгляд случайно упал на пол. На секунду ей показалось, что Питер вернулся и стоит за окном, снова разглядывая её с ненавистью и презрением. Но за окном никого не было. А на полу – была его тень. Вот так, нарушая снова её только что установившееся душевное равновесие, эта чёрная тень расположилась  возле окна, совершенно не обращая внимания на отсутствие своего владельца. Она словно бросала вызов её жалким попыткам объяснить самой себе появление Питера при помощи взрослой скучной логики. Теперь нельзя было притворяться, что ей что-то привиделось.
Он был на самом деле. И светлячок этот, что кружился возле него – фея. И полетели они, наверное, на тот самый Остров…
Тут у миссис Дарлинг ужасно разболелась голова. Взрослая и мудрая женщина внутри неё кричала, что никакого Острова нет, и никогда не было, и не будет. А маленькая девочка, взявшаяся непонятно откуда, тихим и уверенным голосом легко возражала: есть. И был. И всегда будет.
Она присела возле тени и потрогала её. Тот, кто пробовал когда-нибудь потрогать тень, наверняка чувствовал то же самое, что и миссис Дарлинг сейчас. Все попытки как-то стереть или отлепить тень от пола закончились ничем.
Нэна полным безмолвного сочувствия взглядом следила за действиями хозяйки. Когда же миссис Дарлинг обессилено уселась прямо на пол рядом с  тенью, подошла и осторожно попробовала поскрести тень лапой. И тут же, фыркнув, перестала. Она улеглась возле тени и посмотрела на миссис Дарлинг.
«Шли бы Вы в постель… - легко читалось в её глазах. – Я пока покараулю тут эту штуку, а утром разберёмся, как её отмыть».
«Всё, действительно, пора мне спать. А об этом, - миссис Дарлинг боялась теперь даже в мыслях назвать тень тенью, - я подумаю завтра».
Но перед тем, как уйти в спальню, она заперла окно на задвижку.

Отредактировано Mrs. Darling (2013-07-25 02:46:48)

+1

7

Если бы у Динь было немножко побольше времени, она бы обратила внимание, что слишком долго задержал Питер свой взгляд на этой тётке. И она таращилась на него тоже очень странно. Но позвать на помощь какое-то лохматое чудовище – это уже было подло с её стороны. Хотя, что возьмёшь с этих взрослых? Подлость – их второе имя.
Чудовище, конечно, оказалось медлительным и неповоротливым. Куда уж ему было ухватить самого Питера Пэна или Динь! Ехидно посмеиваясь, Динь вылетела из комнаты следом за Питером и обернулась: ей захотелось скорчить на прощанье рожицу неуклюжей твари. И тогда она заметила нечто ужасное. Чудище оказалось собакой, причём не такой уж и неповоротливой. Она успела захлопнуть окно, а тень Питера осталась там, в комнате. Расстроившись, Динь как можно незаметнее подлетела к окну и стала наблюдать. Тётенька, постояв у окна, примостилась возле тени и принялась её тереть.
- Отдавай сейчас же, негодяйка! – заколотила было Динь кулачками по стеклу, но вовремя опомнилась и снова спряталась.
Наконец, тётка вышла из комнаты, но осталась собака. Эта зверюга зевнула и разлеглась  прямо под окном, рядом с неподвижной тенью Питера.
- Питер, что будем делать? – спросила Динь, не получила ответа и оглянулась. Мальчика нигде не было. Как же это он улетел – и не заметил, что потерял собственную тень? И даже не посмотрел, летит ли за ним она, Динь?
Нет, до Острова она и без Питера доберётся, но это так на него не похоже – бросить её одну…
Обиженно звеня и бормоча себе под нос всё, что думает об этом бессовестном мальчишке, фея медленно полетела домой.
Питера она увидела примерно на полдороге. Динь стало приятно, что он всё-таки её не до конца забыл и бросил в том городе, но первые же его слова разобидели её ещё больше.
- Я? Корова?! – она демонстративно  полетала немного перед его носом, чтобы он убедился, что у неё нет ни малейшего сходства с этим огромным, толстым, рогатым животным. Потом изловчилась и, как ей показалось, довольно чувствительно дёрнула мальчишку за прядь волос.
- А ты сам-то знаешь кто? Ты растеряха! Как можно было потерять собственную тень?

Отредактировано Tinker Bell* (2013-07-25 02:54:08)

+1

8

Питер расхохотался, запрокинув голову, в ответ на ее очевидную реакцию, но жалко поперхнулся на вдохе, и его наглого насмешливого выражения на лице как не бывало, едва он уловил смысл сказанного.
- Что? Что ты несешь? - неуверенно возмутился он, зачем-то взглянув на облака под ногами сзади себя. Вылетев к солнцу, он снова оглянулся и закружился вокруг себя, как щенок, впервые увидевший свой хвост. Поняв окончательно и бесповоротно, что «хвоста» нет, мальчишка замер на целую минуту, постепенно опадая в эти слепые и жутко неласковые теперь облака и глядя перед собой широко закрытыми глазами, потом растерянно сморгнул и, не ответив ничем на недоуменный звон Динь, едва слышно кинул резко осевшим голосом:
- Летим.
Космический поток сам вынес его к атмосферному кольцу Фантазии, он даже не покружился на любимой звездой вертушке и не ответил на язвительные выпады вредной голубой звезды: он их просто не слышал. Динь не отстала: она благоразумно уселась на свое привычное место в волосах Питера и шикала на приставучие кометы, если они подлетали слишком близко. Но уже в сгустившихся грозовых тучах Неверленда, Питер снял фею со своей головы и, ни слова не сказав, оставил на первом же высоком дереве на скале, полетев дальше. Пираты радовались грозе, ведь она означала, что их вечный враг не в лучшей форме. Они вглядывались в небо, чтобы первыми увидеть его и выкатывали Большого Билла. А Питер был уже в Пещере Покинутых, где они и не догадывались искать его. Ведь нос - самый незаметный предмет, хоть и максимально постоянный в зоне видимости.

Он вернулся к Дереву только под вечер, когда гром отгремел и дождь кончился.
- Завтра полетим забирать тень, - сухо сообщил он поблекнувшей как-то Динь, едва кивнув новенькому Шалуну в ответ на его бурное приветствие. Мальчишки давно не видели такой грозы и никогда таким - Питера. Поэтому испуганно молчали. Только Малыш нерешительно заикаясь спросил, можно ли сегодня поесть всамделишных бананов. Ничего не ответив, Питер пустым взглядом окинул выстроившуюся для приветствия команду, махнул рукой и нырнул в свое дупло. Когда мальчики заглянули в домик, он уже глубоко спал поперек их огромной кровати. Малыш многозначительно поднял палец вверх и важно сообщил, что молчание - знак согласия, после чего мальчишки все радостно набросились на собранные за два последних дня лакомства.

+1

9

Динь не ожидала такой реакции от Питера. Да, мало приятного в том, что твоя тень осталась где-то отдельно от тебя. Но Питер сделался сам на себя не похож. Фея хотела сказать что-нибудь ободряющее,  взглянула в его лицо -  и уже больше не раскрывала рта до самого Острова. Но, несмотря на то, что она  вела себя очень примерно, молча сидя у него на голове, Питер всё равно её оставил.
- Питер, подожди, куда ты? А можно мне с тобой? – запищала Динь ему вслед. Вряд ли он услышал. Сегодня Питер летал слишком быстро.
Динь огляделась и передумала снова обижаться на мальчика. Собиралась ужасная гроза. Чёрные тучи наползали друг на друга, с треском размахивая молниями. Высокие деревья гнулись к земле под сильным ветром, словно травинки. Дерево, на котором устроилась Динь, тоже раскачивалось. Много раз Динь видела грозу, но такую – наверное, ещё никогда. Что же происходит с Питером, раз в Неверленде начинается такая страшная буря?
Лететь за ним? А куда? Вряд ли он полетел домой. Тогда бы он не оставил её здесь. А ещё Динь вдруг догадалась, что он никого не хочет сейчас видеть…
Грустно было возвращаться без Питера. Мальчишки, столпившиеся у Дерева, начали задавать ей бесконечные вопросы, на которые Динь и сама не знала ответа. Она нагрубила им от души, хорошо ещё, что большую часть её выражений они не расслышали из-за страшных раскатов грома. Хлынул ливень. Они все попрятались, наконец, в своём Доме. Динь осталась на ветке, надёжно укрытая от дождя густой листвой. Она решила дождаться Питера здесь.
Ждать пришлось долго. Гроза яростно бушевала и всё никак не хотела заканчиваться. То в одном, то в другом дупле то и дело показывался кто-нибудь из этих доставучих мальчишек и звал её домой, но Динь упрямо мотала головой и отворачивалась. Ей зачем-то нужно было увидеть Питера первой.
Но вот, навоевавшись, тучи, неохотно откатились за горизонт, порыкивая изредка громовыми раскатами, а заодно и дождь закончился. Мальчишки тут же повылазили один за другим наружу и стали галдеть о чём-то своём, то и дело поглядывая на небо, чем ужасно раздражали фею.
Что-то тихонько и радостно трепыхнулось у неё внутри, и Динь поняла, что сейчас появится Питер. Она метнулась ему навстречу, но он сказал ей только, что завтра они полетят за тенью – и сразу же исчез в своём дупле. Настроение у Динь стало ещё хуже. Она влетела в комнату, звеня так обиженно, как только у неё получалось, но Питер не обратил на неё внимания. Он уже спал.
Тогда Динь, фыркнув, отправилась в свой будуарчик, дёрнув напоследок занавеску с такой нефейской силой, что едва не оторвала её. Свет из-за её занавески погас только глубокой ночью.

+1

10

http://s5.uploads.ru/wQsu6.png
~ эпизод завершён ~

0


Вы здесь » Gold Centure of Neverland или Питер Пэн: Начало истории. » Питер Пэн и Венди » Глава первая. Питер Пэн нарушает спокойствие.